КОСТЕВ Георгий Георгиевич

Контр-адмирал, кандидат военно-морских наук, профессор, член-корреспондент Академии военных наук
Родился 7 мая 1928 года в городе Жлобине (Белоруссия). Отец – Костев Георгий Матвеевич (1903–1980). Мать – Костева Нэля Болеславовна (1908–1991). Супруга – Костева (Сивохина) Валентина Кузьминична (1928 г. рожд.), первая абсолютная чемпионка СССР по художественной гимнастике. Сын – Костев Игорь Георгиевич (1953 г. рожд.), капитан 1 ранга. За 20 лет службы на атомоходах прошел путь от командира группы на АПЛ до начальника штаба дивизии. Служил в Постоянной комиссии госприемки кораблей ВМФ при главнокомандующем ВМФ. Будучи председателем Государственной комиссии, принял для флота четыре подводные лодки. Награжден орденом «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» III степени и медалями. Автор многих книг и статей.
Путь на подводную лодку, а затем к анализу взлетов и падения советского ВМФ для контр-адмирала Г.Г. Костева был не случайным и составил несколько десятилетий.
Начало положил еще дед Матвей Костев. Он работал в депо города Жлобин. Призванный в царскую армию, служил до Первой мировой войны солдатом в Либаве, где охранял здание и место дислокации экипажей Либавского отряда подводников. Сидя мальчонкой на коленях деда Матвея в начале 1930-х годов, маленький Георгий впервые услышал словосочетание «подводный отряд».
Слово «подводный» сохранилось в памяти внука до грозных военных лет. В Жлобине Жорж, а тогда Юрка, впервые увидел морскую форму на своем дяде Макаре Власовиче Барташове. Последняя детская встреча с дядей Макаром запомнилась, а дома уважительно говорили: «Наш Макар – морской лётчик».
Отец Костева, Георгий Матвеевич до войны работал на военных заводах Подмосковья. Он считал, что инженер – это главная специальность для мужчины. Мало тогда понимал маленький Жорж, но в его голове откладывалось: моряк, летчик, инженер. В 1941 году он окончил шесть классов. 23 июня 1941 года отец ушел на фронт начальником химической службы стрелкового полка. Потом он находился на нелегальном положении в Жлобине, а затем в партизанском отряде на Гомельщине. 23 июля 1941 года Георгий сбежал от матери на крышу своего дома и на чердаке потушил две зажигательные бомбы. С этого дня он засыпал и просыпался с мыслью: «Надо на фронт! К отцу.» В августе 1941 года связь с отцом потерялась. Вместе с матерью юный Георгий участвовал в подготовке к эвакуации оборудования завода, где до войны работал отец. Из Москвы эшелоном, загруженным заводским оборудованием, они переехали в Пермскую область на Урал, а затем в город Агрыз Татарской АССР.
Запомнился лес и деревушки: Стрепунита, Бусырята и Весенки. Школа была в 15 километрах за лесом. Он пропустил год. Но вдруг в январе 1944 года нашелся отец. В партизанах! В родной Белоруссии. Его отозвали на военный завод № 233 в Лыткарино, где он работал до войны. Немцев уже гнали на Запад.
До этого Георгий пытался стать морским летчиком. как дядя Макар Писал заявления в училище техников в Пермь, в авиационную спецшколу, сначала в Казань, потом в Куйбышев. Но тяжело заболел. Когда оправился, решил сбежать на фронт. С другом забрались в теплушку к красноармейцам. Те приняли дружески, со смехом. На первой же остановке сдали в комендатуру. Малолеток доставили в город Арыз к матерям. Мать и сын вскоре оказались в Лыткарино. Георгий твердо заявил родителям: «Пойду в училище!». В июне 1944 года он окончил 8-й класс с похвальной грамотой. Люберецкий военкомат направил его на учебу в только что созданное Ленинградское военно-морское подготовительное училище (ЛВМПУ).
В 1944 году курсанты училища участвовали в обеспечении боевых действий на Карельском перешейке: несли вместе с пограничниками патрульную службу на побережье Финского залива, помогали трофейным командам на линии Маннергейма, собирали трофейное оружие, боеприпасы, участвовали в очищении прибрежных лесов от вооруженных бандитов, оставшихся за линией фронта, осуществляли непрерывное наблюдение за горизонтом на случай предполагаемой высадки немецкого десанта.
К сожалению, Георгий Костев неудачно участвовал в разминировании местечка Мятсякюля. При взрыве мины его контузило, в результате получил перелом двух шейных позвонков. В санчасти училища за две недели привели Костева подлечили.
В феврале 1945 года, уже после выхода из войны Финляндии, состоялась яркая встреча с адмиралом флота И.С. Исаковым. Адмирал рассказал о лучшем подводнике Балтики – командире гвардейской «Л-3» П.Д. Грищенко. Георгий не удержался: «А почему Грищенко лучший? Ведь есть уже два Героя Советского Союза - С.П. Лисин и Е.Я. Осипов!» Исаков коротко ответил: «Прочтете в моей книге “Военно-морской флот в Великой Отечественной войне”». Эта беседа, а затем книга, купленная Георгием определили его дальнейшую судьбу – он станет подводником.
После окончания ЛВМПУ его приняли в Высшее военно-морское училище имени М.В. Фрунзе. В январе 1947 года в Ленинграде племянника навестил дядя Макар Барташов. Теперь они оба были в морской форме. Макар Власович – полковник морской авиации, Герой Советского Союза. Георгий взмолился: «Дядя Макар, помогите перейти в авиационное училище!» В ответ услышал убедительные доказательства правильного выбора Георгием училища. «Ты учишься в высшем училище, которое даст тебе хорошее образование, а я кончал только летные школы. Да и побед у подводников не меньше, чем у морских летчиков. Так что подумай, поучись, потом поговорим». Но в 1948 году полковник М.В. Барташов погиб на Балтике при исполнении служебных обязанностей.
В 1950 году окончено Высшее военно-морское училище имени М.В. Фрунзе и в звании лейтенанта Костев назначается штурманом на подводную лодку в Кронштадт. Два года интенсивного плавания на Балтийском море пролетели незаметно. В аттестацию Георгию Георгиевичу записали: «лучший штурман соединения».
В 1952–1953 годах Г.Г. Костев учился на Высших специальных классах офицерского состава подводного плавания и противолодочной обороны ВМС в городе Ленинграде по специальности «командное отделение». Окончив их, вплоть до 1959 года Георгий Георгиевич служит на дизельных ПЛ «С-85», «С-219» в должностях помощника командира ПЛ на Балтийском флоте, старшего помощника ПЛ на Черноморском флоте и командира ПЛ на Тихоокеанском флоте.
Будучи командиром лодки Г.Г. Костев совершил более десятка дальних походов, прошел по Мариинской системе, Северному морскому пути, пережил нелегкую зимовку на Колыме.
В 1956–1957 годах на дизельной ПЛ
«С-219» Г.Г. Костев совершил переход с Северного флота на Тихоокеанский. Поход длился год и полтора месяца. В Арктике летом температура воздуха и воды 0 или +1 градус, туманы. Лодка в составе бригады сопровождалась ледоколами. Обстановка экстремальная. Даже на ледоколах повреждались рули, ото льда были пробоины у транспортов, загруженных продовольствием и другими запасами на случай зимовки. На одной из лодок пришлось заваривать дыру в легком корпусе из-за сжатиях льдом. Впереди шел самый мощный ледокол «Ермак». С его помощью нередко удавалось пройти во льдах 10-20 миль за полсуток. Идущие рядом надводные корабли пробивались с трудом. Один из них едва не погиб. От сжатия льдом он накренился, раздался треск корпуса. Экипажу пришлось сойти на лед. Используя подрывные патроны, этот корабль спасли. 12 сентября 1956 года весь караван лодок зажали льды. Получили приказ: «Стать на зимовку в устье реки Колыма». Лодки с трудом, задевая грунт днищем, вошли в реку. 7 октября всю Колыму сковал лед. Весь переход до зимовки занял 80 суток. Зимовали 7 месяцев. Часть экипажей поселили в барак. Быт был тяжелый. Питание – только сухари и консервы. Помывка в бане была мечтой и откладывалась до прихода на Камчатку. Для отопления пришлось заготовить 3 тысячи кубометров дров. Спали на длинных во весь барак нарах. Другая часть обслуживала лодки и надводные корабли, с которых подвели пар на лодки, чтобы сохранить механизмы. Но главное надо было сохранить лодку. При морозе 50 градусов у них нередко лопался легкий корпус лодки.
Наконец 20 мая 1957 года все покинули нары и перешли на лодки. Выход из реки был сложный. Одна подводная лодка получила пробоину легкого корпуса. Выйдя в море, снова оказались во льдах. Шли за ледоколами впритык, иногда носом упирались в корму впереди идущей лодки. 20 августа 1957 года удалось выйти на чистую воду, а 22 августа миновали мыс Дежнёва и вышли в Берингово море.
1 сентября Г.Г. Костев пришвартовал свою ПЛ «С-219» к пирсу на Камчатке. Рядом становились и другие ПЛ.
Вскоре начались походы в океан. Маршруты пролегали к берегам Америки, Японии, в районы учений. В одном из походов Г.Г. Костеву поставили задачу атаковать практической торпедой крейсер «Петропавловск». Но «С-219» оказалась в центре цунами. И хотя лодка шла под водой, ее кренило на оба борта. Наверху бушевали огромные волны. Одна из них повредила нижнюю часть башни главного калибра на крейсере. Приходилось экономить электроэнергию, так как всплыть для зарядки батареи было невозможно. Крен лодки достигал 60 градусов. Но задача была выполнена.
В 1959 году за успехи в боевой подготовке экипажу ПЛ «С-219» во главе с Г.Г. Костевым было вручено переходящее Красное знамя Камчатского обкома КПСС.
С августа 1959 года по июль 1962 года Г.Г. Костев – слушатель Военно-морской академии в Ленинграде.
В 1962 году после окончания академии Георгия Георгиевича назначают командиром атомной подводной лодки. Для Костева начались походы на атомоходах. В 1964 году командир АПЛ «К-50» капитан 2 ранга Г.Г. Костев выполнил два похода.
В июне 1965 года ПЛ «К-50» вышла на учение «Печора» – крупнейшее в истории Северного флота. Задача была обнаружить в Северной Атлантике «авианосец противника» (его обозначал один из крейсеров СФ с двумя эсминцами). С обнаружением – следовать за ним не отставая и давать его координаты для ударных сил флота. Был шторм. Скорость 25–28 узлов, сверху натовские разведсамолеты. Но главное – не упустить «противника». Несколько суток ПЛ «К-50» шла под водой со скоростью 28–30 узлов, подвсплывая для донесений. По данным «К-50», силы флота задачу выполнили, «противник» был уничтожен.
После этого похода, в День Военно-морского флота – 25 июля 1965 года, командир «К-50» капитан 1 ранга Г.Г. Костев был приглашен в штаб флота по случаю вручения Северному флоту ордена Красного Знамени. Ему поручили выступить на торжествах сразу же после речи командующего флотом. Это была высокая оценка экипажа «К-50» со стороны командования.
Были и другие походы, когда «К-50» оправдывала доверие командования. Так, в одном походе Г.Г. Костеву пришлось принять рискованное решение – прорвать рубеж «противника» на полном ходу и не быть самому обнаруженным. Но точный расчет Костева позволил решить поставленную задачу, и ПЛ
«К-50» получила высокую оценку.
После командования ПЛ «К-50» Георгий Георгиевич назначается заместителем командира дивизии в своем же соединении. Ему довелось не раз выходить в дальние продолжительные походы старшим на борту атомных подводных лодок «К-3» (первая советская АПЛ), «К-8» (АПЛ, оставшаяся в памяти своей трагедией), «К-133» (АПЛ, участвовавшая в первом групповом плавании с СФ на ТОФ) и на других.
В 1966 году по состоянию здоровья с должности заместителя командира дивизии АПЛ Северного флота он переведен на службу в Москву в Главный штаб ВМФ, где служил в Оперативном управлении. В штабе Георгию Георгиевичу поручили курировать регион Средиземноморья. Туда как раз вошли американские ПЛ. Пришлось в ответ начинать активную противолодочную деятельность. Потом по региону прокатилась череда арабо-израильских войн.
В период обострения арабо-израильских отношений в 1967 году в соответствии с решением начальника Главного штаба ВМФ Г.Г. Костев, как один из наиболее подготовленных офицеров, возглавил группу по проблемам боевой службы. Он лично занимался подготовкой и организацией создания эскадры ВМФ на Средиземном море, непосредственно участвовал в управлении силами советского ВМФ и в организации их взаимодействия в этом регионе с ВМС арабских государств.
В августе 1968 года Г.Г. Костев назначается заместителем начальника Южного направления Оперативного управления Главного штаба ВМФ. С этого времени он готовил материалы по анализу и использованию сил на Средиземном море. В сентябре 1968 года Г.Г. Костев по указанию начальника Главного штаба ВМФ убыл на корабли эскадры в Средиземное море.
Находясь на флагманском корабле эскадры крейсере «Кутузов», с периодическими пересадками на другие корабли, он лично участвует в проведении противолодочной поисковой операции на Средиземном море. На танкере «Ельня» заходит в Александрию для контроля и организации ремонта кораблей эскадры, по приказу начальника ГШ ВМФ выезжает из Александрии в район Мерса-Матрух для оказания помощи командиру базирующейся там эскадрильи морской авиации. После возвращения из Средиземного моря Г.Г. Костев продолжает заниматься проблемами использования сил эскадры. В частности, участвует в разработке операций для сил арабского флота по постановке мин, действиям ПЛ, перехвату израильских ракетных катеров.
В 1970 году Г.Г. Костев переводится на службу в Военно-политическую академию имени В.И. Ленина начальником кафедры оперативно-тактической подготовки ВМФ. Там он занимается научной работой и в январе 1974 года защищает кандидатскую диссертацию на оперативно-тактическую тему.
Работая над проблемами организации взаимодействия, использования сил ВМФ в мирное время, над теорией современных морских операций и над обоснованием закономерностей вооруженной борьбы на море, Г.Г. Костев внес определенный теоретический вклад в военную науку.
Одновременно со службой в академии Г.Г. Костев избирается членом научно-методического совета по пропаганде военных знаний Московской городской организации Всесоюзного общества «Знание», членом научно-методической комиссии по оперативному искусству при Главном управлении вузов Министерства обороны СССР, членом Ученого совета Военно-политической академии.
Как ученый и опытный методист, он привлекается на учения флотов стран Варшавского договора с целью внедрения в практику действия сил современных теоретических положений оперативного искусства ВМФ. Его научные труды издавались на иностранных языках и за рубежом.
В 1981 году Г.Г. Костеву присвоено ученое звание профессора. В 1995 году он избирается членом-корреспондентом Академии военных наук.
Будучи непосредственным участником и очевидцем многих событий, происходивших после войны в советском ВМФ, Георгий Георгиевич вел записи, собирал и хранил статьи разных авторов, вырезки из газет и журналов по интересующим его темам. Вначале просто для себя, а затем, в 1966 году, будучи год прикованным к постели после инсульта, смог просмотреть свои записи и начал сам писать о ВМФ. Сейчас на счету Георгия Георгиевича более 200 работ. Среди них фундаментальная военно-историческая монография «Военно-морской флот страны. 1945–1995. Взлеты и падения». В 2000 году она была переиздана под названием «ВМФ страны в последние полвека». В этот год произошли трагические события с АПЛ «Курск», анализ которых стал принципиальным дополнением к третьему изданию монографии под названием «ВМФ Советского Союза и России. 1945–2000».
Это третье издание отмечено наградами: 9 декабря 2004 года Г.Г. Костев получил медаль «Лучшие книги и издательства» из рук главы Русского биографического института Сергея Рыбаса; комиссия по премиям Академии военных наук присудила ему премию имени А.А. Свечина; правление Ассоциации книгоиздателей наградило дипломом лауреата конкура «Лучшие книги 2004 года».
В развитие этой уникальной работы Г.Г. Костев издает книгу «Неизвестный флот», написанную в соавторстве с сыном Игорем. В нее включены остросюжетные истории о происходивших на флоте чрезвычайных происшествиях, ранее неизвестных широкой общественности.
Г.Г. Костев – один из авторов сборника исторических очерков «Москва и судьбы Российского флота». Его статьи, очерки, рассказы затрагивают многие вопросы истории создания, становления и развития ВМФ России, и в частности подводного флота.
Г.Г. Костев публикует статьи в периодических изданиях и сборниках, правда, уже не один, а вместе с сыном И.Г. Костевым, капитаном 1 ранга запаса. Сейчас отец и сын готовят к изданию новую монографию «Подводный флот от Сталина до Путина». Это один из немногих случаев, когда и отец, и сын были командирами атомных подводных лодок.
За боевые заслуги Г.Г. Костев награжден орденами «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени (1981), орденом ГДР «За заслуги перед народом и отечеством» (1988), медалями «За боевые заслуги», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», другими медалями, наградами ряда зарубежных стран.
Супруга Георгия Георгиевича Валентина Кузьминична родилась и выросла в Кронштадте, в семье корабельного артиллериста. Всю блокаду Ленинграда оставалась в Кронштадте – работала в совхозе, училась. Выступала в составе танцевального коллектива, которым руководила талантливый балетмейстер и хореограф Лидия Георгиевна Ефремова, в госпиталях, а их в одном Кронштадте было три, выезжали с концертами в Ленинград, выступали у своих шефов на линкоре «Марат», на канонерских лодках «Волга» и «Кама», на сторожевых кораблях, на фортах Красная Горка и Серая Лошадь. В 1943 году юная Валентина Сивохина награждается медалью «За оборону Ленинграда» и грамотой от Военного совета Балтийского флота за подписью командующего КБФ адмирала В.Ф. Трибуца «за активное участие и достигнутые успехи в краснофлотской художественной самодеятельности в дни Великой Отечественной войны советского народа против немецких захватчиков. . .»
В 1946 году она поступила в Ленинградский государственный институт физической культуры имени П.Ф. Лесгафта. С этого времени и началась спортивная карьера талантливой, пластичной девушки. В 1947 году Валентина Сивохина – чемпионка Ленинграда, затем бронзовый и серебряный призер чемпионатов СССР. В 1948 году Валентина, занявшая второе место в абсолютном первенстве СССР по художественной гимнастике, в составе советской делегация готовилась для поездки в Чехословакию. На генеральной репетиции, когда К.Е. Ворошилов смотрел выступление юной Валентины, он не мог сдержать слов восхищения и в микрофон на весь стадион воскликнул: « Кто эта девушка? Как хороша!»
В 1950–1951 годах Валентина Сивохина – первая абсолютная чемпионка СССР по художественной гимнастике.
Живет в Москве.